Анекдоты про Одессу

В два часа ночи на станцию Одесса прибывает пассажирский поезд.
Мужик спрашивает у проводницы:
— Какая это остановка?
— Одесса.
— А почему уже час стоим?
— Паровоз хотят поменять.
— На что?
— Ну, на другой паровоз!
— Значит это не Одесса.

Та же Одесса. Ночь.
— Рабинович идет по коридору в туалет и говорит обиженно:
— Вот видишь, я же встаю, когда тебе надо!

Решили открыть в Одессе публичный дом. Пригласили в горком тетю Песю с Молдаванки, известную в дореволюционной Одессе бандершу, и предлагают ей возглавить новое учреждение. Сулят ей всяческие блага.
— Нет, — говорит тетя Песя, — знаю я ваши порядочки.
Десять коек — для горкома, десять коек — для обкома, органам — по потребности.
— Весной вы будете моих девочек дергать в колхоз на посевную, осенью — на уборочную.
А тетя Песя ложись и выполняй план...

Объявление в одесском дворике:
"Уважаемые жильцы! Имейте совесть, выкидывайте мусор в соседний двор!"

Одесса. Маршрутка. Из разговора двух пожилых одесситок не поделивших место.
— Да я с тобой на одном гектаре ссать не сяду!
— Ну и сыи, как дура, стоя.

В отличие от Москвы, в Одессе никто не нервничает. Наоборот, нервные москвичи приезжают в Одессу на лето подлечить свои нервы. И одесситы на этом зарабатывают. Один богатый нервный москвич содержит до десяти спокойных одесситов.

Одесса. Заходит в частный дом человек из фирмы, производящий пылесосы, высыпает на ковёр кучу пыли и говорит:
— Я , таки съем всё, что останется после работы нашего пылесоса!
Хозяйка ему в ответ:
— Да шо вы говорите! Я сейчас принесу вам ложку, вы знаете, у нас уже 2 дня нет электричества!

— Слушайте, Хаим, вы не были в Одессе, так вы таки потеряли полжизни!
— А что это за город, Одесса?
— О, это очень большой город, в нем больше мильёна жителей...
— А евреи там есть?
— А вы шо, глухой?
— Ну, хорошо, я таки приеду в Одессу. Где я там буду жить?
— У мине.
— А где я вас найду?
— Господи, Боже—ж мой! Выйдете на Малую Арнаутскую, дом 23, зайдете во двор и крикнете:
— Ра—би—но—вич! Все окна откроются, кроме одного. Это буду я, Шапиро...

Одесса. Два дома напротив. Утром на балконы своих квартир выходят две соседки.
Одна другой говорит:
— Послушай, Соня, ты что заболела? От тебя в два часа ночи ушел доктор!
— Ай, Бэлла, перестань, противно слушать: если от тебя в каждое утро уходит полковник, я же не кричу на всю Дерибасовскую, что началась война !

Одесский аэропорт. Предпоследний еврей, уезжающий в Израиль, говорит последнему, который ещё остается в Одессе:
— Сема, когда будешь улетать, не забудь выключить свет в аэропорту...

Семейная пара эмигрировала из Одессы в Нью—Йорк. . . . Проходит дней десять, и глава семьи звонит своему другу в Одессу:
— Сёма, ми в раю! Сёма, ми на Брайтон—Бич! Позавчера с Софкой были в ресторане… Ми на пятнадцать долларов обожралисъ… фаршмак, печен очка с луком, мочёные арбузы… Здесь все наши:
— Люсик с 7—й Фонтана, Циля с Молдаванки…
Сёма кричит в трубку:
— А как там Америка?
— А хрен её знает. . . . Ми туда не ходим..!

Пельменная в Одессе.
Клиент: — Мне, пожалуйста, еще одну порцию пельменей.
Официант: — Вам что — мало? Или понравилось?

Идут два еврея по ночной Одессе. Вдруг из темноты вываливается братва с ножами.
— Деньги, ценности, часы — быстро!
Один еврей поворачивается к другому:
— Фима, я тебе должен 300 долларов, отдаю при свидетелях.

Рабинович моется в бане. К нему подходит незнакомый мужчина и говорит:
— Скажите, уважаемый, вы, наверное, из Одессы?
— Да, а как вы узнали?
— Узнаю топорную работу раввина Соломона...

Одесса.
— Можно снять что—нибудь совсем близко к морю и недорого?
— Есть вариант. Я вам на буйке постелю.

Ночь. На ж/д станции остановился поезд. Открывается окно одного из купе:
— Скажите, что это за станция?
— Одесса.
— А почему так долго стоим?
— Паровоз меняют.
— И на что меняют?
— Как на что? Паровоз на паровоз.
— Ну, что ви тогда это не Одесса.

Одесса. Привоз.
— Почём лимон?
— Сто гривен.
— Почему так дорого?
— Потому что не лимон, а лимонка.
— А гранат почём?
— Тоже сто. Потому что не гранат, а граната.
— Хорошо, беру.
— А деньги?!
— Вместо денег возьмите—ка мой торт.
— На кой чёрт мне твой торт?
— Да ты послушай, как тикает! Это не просто торт, а осколочный...

У Хаима умерла жена. Одесса:
— Многочисленные родственники, соседи, знакомые, зеваки. Пришло время выносить тело, а Хаима нигде не могут отыскать. В конце концов на чердаке толпа родственников, возглавляемая родным дядей Хаима из Жмеринки, находит вдовца в совершенно недвусмысленной позе с молодой домработницей. Влезший на чердак первым дядя, сдерживая напирающих снизу любопытных, спрашивает:
— Хаим, у тебя такое горе, у тебя умерла жена, ты соображаешь, что ты делаешь?
В ответ Хаим в некоторой задумчивости и где—то даже прострации отвечает:
— У меня такое горе, у меня умерла жена, я не соображаю, что я делаю.

Заспорили киевский и одесский евреи, где евреи самые богатые.
— У нас в Киеве еврей степенно гуляет по Крещатику, и если ему стало холодно, он идет в магазин и покупает себе шубу! Если ему затем стало жарко, он просто скидывает шубу на тротуар!
— Разве это еврей? Это жлоб, а не еврей! У нас в Одессе, если еврею стало жарко, он снимает с мизинца бриллиант чистой воды, воду вычмокивает, а бриллиант выкидывает...

Одесса.Приходит дамочка к сапожнику:
— Я хотела бы, чтобы вы сшили мне тапочки.
— Пожалуйста, без проблем! — говорит сапожник, снимая мерку с правой ноги.
— Заходите послезавтра.
— Но вы же сняли мерку только с одной ноги. Между ногами же всегда есть разница!
— Мадам, я сапожник! А для вашей разницы тапочки пусть шьет кто—нибудь другой!